Отец солдата. История активированного угля.

5 февраля (23 января по старому стилю) 1916 года в Петербурге состоялось сравнительное испытание средств защиты от удушливых газов. Единственным приспособлением, эффективно спасающим человека от отравления, по результатам испытаний оказался угольный противогаз Зелинского. После этого противогазы были приняты на вооружение, а их фильтрующее вещество — активированный уголь — появился в аптеках.

Был у химика Николая Зелинского преданный помощник — препаратор Сергей Степанов. Много лет они работали вместе. Хотя Степанов имел только начальное образование, ему спокойно доверяли сложный органический синтез. Зелинский мог начать процесс необычайной сложности и удалиться из лаборатории, оставив там Степанова. Можно было не сомневаться, что в нужный момент включится мешалка, откроется кран водного холодильника, а температура будет аккуратно замерена и занесена в журнал.

Степанов мог проводить опыты сутки напролёт, по ночам и по выходным — столько, сколько было нужно его обожаемому шефу. Когда в 1911 году Зелинский ушёл из Московского университета в никуда, протестуя против грубого обращения полиции со студентами, верный лаборант последовал за ним. Судьба занесла их в лабораторию министерства финансов. Там Зелинскому приходилось заниматься вопросами изготовления водки, на которую министерство имело в России монополию. После университета «кабацкая лаборатория» была совсем не то, но Степанов не жаловался. Он вообще хранил спокойствие до того июньского дня 15-го года, когда получил письмо от сына, с Северо-Западного фронта:

«Папа! Если ты долго не будешь получать от меня писем, справься обо мне. Бои идут ожесточённые, волосы дыбом встают... Мне дали повязку, сделанную из марли и ваты, пропитанную каким-то снадобьем... Однажды подул ветерок. Ну, думаем, сейчас немец пустит газы. Так и случилось. Видим, идёт на нас мутная завеса. Наш офицер скомандовал надеть маски. Началась суматоха. Маски оказались высохшими. Воды под руками не было... пришлось мне помочиться на неё. Надел маску, приник к земле, пролежал, пока развеялись газы. Многие отравились, их мучал кашель, харкали кровью. У нас что было! Однако некоторые спаслись: один закопался и дышал через землю, другой обернул голову шинелью и лёг недвижимо, тем и спасся. Будь здоров. Пиши. 5-я армия, 2-й полк, 3-я рота. Анатолий».

Слева: академик Николай Зелинский и его помощник Сергей Степанов в 1947 году. К этому времени они проработали вместе 45 лет.
Фотография из альбома портретов Зелинского, издание МГУ, 1947 год.
Справа: Николай Дмитриевич Зелинский (1861-1953) в 1915 году, когда он изобрёл «оживление» угля и универсальный противогаз.

Степанов отдал это письмо своему начальнику и спросил, нельзя ли что-нибудь придумать для защиты от немецких газов. Зелинский стал думать над историями уцелевших при газовых атаках. По словам военных врачей, первыми погибали паникёры — те, кто быстро бежал и громко кричал. Выживали лежавшие неподвижно, дыша через рыхлую землю или свёрнутую шинель.

Пропитанная жидкостью марля помогала, потому что вода растворяет хлор, но мало ли есть отравляющих веществ! Зелинский сам, когда 30 годами ранее учился в Германии, случайно получил во время опыта горчичный газ (позднее названный иприт) — боевое отравляющее вещество, надышался им и полгода провёл в больнице. Он на себе испытал, что значит отравление.

Спасти от иприта, фосгена, хлора мог только универсальный фильтр. В «кабацкой лаборатории» имелся такой поглотитель, намного лучше рыхлой земли и шинельного сукна — древесный уголь, которым очищали спирт-сырец. Уголь хорошо убирал сивуху, но газом насыщался слишком быстро. Тогда Зелинский предложил «оживить» его, прочистив поры. Для активации угли пропитывали водой, затем прокаливали и томили без доступа воздуха. Отработав эту технологию всего за несколько дней, перешли к испытаниям. Поскольку время поджимало, пробовали сразу на себе.

В лаборатории министерства финансов была устроена герметичная комната, где жгли серу. Когда атмосфера стала совершенно невыносимой, в комнату вошли Зелинский и Степанов, прижимая к носу платки с активированным углём, и провели там 32 минуты безо всяких последствий.

Об этом достижении тут же было доложено на заседании Русского технического общества. В зале оказался инженер-технолог резиновой фабрики Эдуард Куммант. Через две недели он пришёл к Зелинскому с резиновой маской своего изобретения. Она плотно облегала голову любого размера, и к ней можно было привинтить коробку с активированным углем. Получился настоящий противогаз. Зелинский со Степановым испытали его сначала на собаке, затем много раз — на себе. Однажды в газовую камеру вместо Зелинского вошёл его сын Саша: так изобретатель демонстрировал свою полную уверенность в успехе. Тем временем на фронте немцы проводили одну газовую атаку за другой. Степанов места себе не находил. Надо бы как можно скорее развернуть производство противогазов. Но не тут-то было.

Вверху: здание Русского технического общества (РТО) в Соляном городке, Санкт-Петербург (набережная Фонтанки, 10), где в начале июня 1915 года Зелинский на заседании Санитарно-технического отдела сделал сообщение о многообещающих свойствах активированного угля. На заседании присутствовал член общества Эдуард Куммант, инженер-технолог резиновой фабрики «Треугольник». Под впечатлением выступления Зелинского он придумал и к 15(28) июня изготовил первую резиновую маску, к которой крепился фильтр с углём Зелинского. В этом здании родилась идея маски, ставшей прототипом всех современных фильтрующих противогазов.

Внизу: корпуса Второй Градской больницы в Москве (ныне относятся к Первой Градской, Ленинский проспект, 10), где в устроенной Экспериментальной комиссией Всероссийского союза городов газовой камере с 13 (26) августа по 3 (16) сентября были проведены эксперименты сначала над собаками, затем при участии людей, доказавшие эффективность угольного фильтрующего противогаза. Испытатели выдержали пребывание в среде с высокими концентрациями хлора и фосгена до 40 минут. Здесь же 23 августа (5 сентября) произошёл первый несчастный случай из-за плохо надетой маски — несмертельное отравление испытателя, небрежно надевшего противогаз.

Средствами защиты в русской армии ведал верховный начальник санитарной и эвакуационной части армии принц Александр Ольденбургский. Император считал его сведущим в здравоохранении: Ольденбургский организовал институт экспериментальной медицины, где Павлов делал опыты с условным рефлексом. Царю Николаю принц приходился родственником — он был правнук Павла I, как и покойный Александр III.

Ольденбургский руководствовался в жизни принципом «кабы чего не вышло», и сторонился людей двух категорий — гомосексуалистов и либералов. На военной службе он негласно справлялся об ориентации своих офицеров, и подозрительных — увольнял. Возглавив институт экспериментальной медицины, Ольденбургский во время холерной эпидемии отказался от вакцины, полученной в Париже Хавкиным — только потому, что русский подданный Хавкин считался неблагонадёжным и когда-то состоял под надзором полиции.

Поскольку Зелинский оставил университет в знак протеста, верховный санитарный начальник зачислил его в либералы и решил ни в коем случае не принимать угольный противогаз. Как только об этом стало известно, министерство финансов перестало выделять деньги на совершенствование изобретения. Именно в тот момент, когда нужно было увеличить активность угля, чтобы гарантированная защита продолжалась не 40 минут, а час. Тогда Зелинский, не говоря никому ни слова, стал переводить лаборатории всё своё жалованье. Так же поступили и его сотрудники.

В январе 16-го года русские химики тайком переправили противогаз Зелинского в Англию вместе с инструкцией по изготовлению активированного угля. Раз нельзя было помочь своим, пускай хоть союзники пользуются. Но и в русской армии нашлись важные лица, заинтересованные в противогазе. Важную роль сыграл бывший студент Зелинского Николай Шилов. Он тоже в 11-м году протестовал и ушёл из университета. Шилов был фотограф-любитель. Когда разразилась война, он находился в Англии и застрял там, поскольку путь в Россию стал намного сложней. Там же задержался другой фотограф-любитель — великий князь Михаил Александрович. На почве хобби они сдружились. По возвращении в Россию великий князь сформировал «Дикую дивизию», а Шилов занялся удушливыми газами. Узнав от химиков, что есть надёжная защита против хлора, великий князь вынудил Ольденбургского устроить официальные сравнительные испытания. Они состоялись 23 января (5 февраля по новому стилю) 1916 года, в герметичной камере Ветеринарного института. Противогаз Зелинского представлял Степанов. Все его противники бежали из газовой камеры за 30 минут, а Степанов просидел там даже не час, а 66 минут, и не выходил, пока ему не приказали в категоричной форме. Когда подписали официальное заключение о превосходстве угольного противогаза, была заказана первая партия. Серийный экземпляр № 1 Степанов отослал в действующую армию своему сыну Анатолию.

Но принц Ольденбургский не сдавался. Он заявил, что есть противогазы более совершенной конструкции, и конфисковал для их производства все запасы активированного угля, заготовленные Зелинским. Верховному начальнику очень уж хотелось, чтобы основной противогаз русской армии назывался бы «противогаз принца Ольденбургского». Были заказаны коробки с личным вензелем принца, куда насыпалась известь вперемешку с активированным углем. На 400 тысяч противогазов Зелинского пришлось 3,5 миллиона «ольденбургских». Понадобились 2 газовые атаки под Сморгонью летом 16-го, погубившие 5000 русских солдат, чтобы прекратить это издевательство над здравым смыслом. Выжили прежде всего офицеры, которым командование предусмотрительно выслало противогазы Зелинского. Маски других систем стали изымать из действующей армии и передавать тыловым частям.

Царь оценил научный подвиг Зелинского и высказал ему свою благодарность, после чего завистники организовали отстранение изобретателя от производства активированного угля для армии. В его распоряжении осталась только подовая печь «кабацкой лаборатории», где он стал выпускать активированный уголь для мирных целей. Зелинский везде рассказывал, что это средство поглощает из воды примеси, бактерии и яды. Сообразительные солдаты тыловых частей, снабжённые бесполезными «ольденбургскими» противогазами, догадались извлечь из них активированный уголь, и принялись превращать денатурат в обычный питьевой спирт. Тогда по армии был издан приказ: «Замечено, что солдаты во многих частях используют противогазы для очистки через активированный уголь, в них содержащийся, денатурата, лака и других спиртовых суррогатов. Предлагается командному составу установить наблюдение и не использовать противогазов для очистки спиртовых суррогатов».

Этот приказ добил дисциплину в столичном гарнизоне. Раньше многие даже не подозревали об этих волшебных свойствах противогаза, а теперь узнали всё от собственного командования. Поскольку в насыщенном военной техникой Петрограде хватало денатурата, началось пиршество, переходящее в Февральскую революцию.

Медпортал рекомендует