Кто они, «врачи от Бога»

Александр Митраков
2 ноября 2017 года, 14:44
Комментировать
Читать еще: конференции

МедНовости встретились и побеседовали с обладателями главной национальной медицинской премии

Завершился конкурс Национальной медицинской палаты на IV Премию «За вклад в развитие российского здравоохранения и повышение уважения к медицинским работникам». Итоги конкурса подвели на прошедшем в Москве конгрессе «Российское здравоохранение сегодня: проблемы и пути решения».

В рабочую группу Премии поступило около 300 заявок из более, чем 70 регионов страны.

Среди номинаций конкурса: «Профессия – врач», «Земский доктор», «Карьера», «Мой наставник», «Почему я хочу стать врачом», «Право на защиту» и другие. «В этом году мы определили победителей в 10 номинациях, традиционно отдавая должное труду не только медицинских работников, которые ежедневно работают для того, чтобы мы с вами были здоровы, но и тем, кто помогает врачам в выполнении их миссии: представителям медицинских общественных организаций, а также представителям СМИ, которые добросовестно и честно пишут о нашей работе», – рассказал президент Нацмедпалаты Леонид Рошаль.

«В моем понимании карьера – это не более высокие должности, а профессиональный рост»  

Победителем в номинации для молодых врачей «Карьера» стал заведующий отделением эндоскопии Нижегородского областного клинического онкологического диспансера Александр Митраков. Через месяц ему исполнится 32 года, а он уже получил признание на всероссийском и международном уровне: курирует Российское отделение международной системы дистанционного обучения по эндоскопии, читает лекции и проводит мастер-классы в России и в Европе (график расписан уже до весны), входит в состав Европейской экспертной группы по оперативной эндоскопии.

Где учился российский специалист, который сейчас делится опытом с врачами Австрии и Германии?

- Я окончил Самарский медицинский университет, ординатуру Нижегородской медакадемии, затем был РНЦХ им. Б.В. Петровского. После Москвы я решил поехать в Ярославль для обучения в классе тренажеров и симуляторов, но денег у меня не было. Выручило мое хобби – я связался с местной танцевальной школой и предложил вести занятия в обмен на кров и еду. А дальше я понял, что осваивать оперативную эндоскопию следует на ее родине – в Японии. Обратился к сообществу путешественников Японии с просьбой приютить меня на месяц, и четыре человека вызвались мне помочь. Стажировка в Японии стала тем рубежом, который разделил мою врачебную деятельность на «до» и «после». Там я впервые увидел, как удаляется ранняя форма рака желудка. В Японии подобная операция была самой банальной, а в России такие случаи были тогда единичными. Внутрипросветная эндоскопия – это метод, позволяющий не только исследовать состояние внутренних органов, но и выполнять операции без наружного разреза. За такими методами – будущее хирургии.

Что самое трудное в вашей работе?

- Внедрение чего-то нового.  Заведование отделением никогда не было самоцелью, но я понимал, что для того, чтобы внедрять новые методы и развивать свою специальность, необходим административный ресурс. Одного энтузиазма и готовности врача к освоению новых технологий, к сожалению, недостаточно. особенность эндоскопических методов лечения – это абсолютная зависимость от оборудования. Когда я, работая в своей первой клинике понял, что готов удалить ранний рак желудка, то попросил зав. отделением сделать заявку на необходимые инструменты. В ответ услышал, что в текущем году деньги на это не запланированы, а главврач той клиники и вовсе сказал, что мы можем заказать и купить все, что захотим, но только на свои деньги. Помог случай – я участвовал в конференции, где среди экспонентов выставки была и нужная нам компания-производитель. И они согласились подарить комплект оборудования, чтобы мы могли начать свою работу.  

В марте 2013 года главврач Нижегородского областного онкодиспансера пригласил меня возглавить отделение эндоскопии. Но, придя в онкодиспансер, я столкнулся с отсутствием понимания со стороны онкологов. В России тогда еще не были прописаны новые онкологические стандарты (их приняли год спустя), и ранняя форма рака не выделялась отдельно от других форм. И мое предложение использовать эндоскопические методы лечения при начальной стадии рака встретило яростное сопротивление. И снова помог случай – к нам поступила молодая женщина, 35 лет, с ранней формой рака прямой кишки. После традиционной операции человек на всю жизнь остается инвалидом и пользуется калоприемником. Женщина категорически отказалась от такой операции, и тогда я предложил ей органосохраняющую операцию. Меня поддержал главный врач, который, кроме того, был хирургом-проктологом и разбирался в этой проблеме. Посмотреть на эту операцию пришли все свободные на тот момент хирурги. А уже через четыре дня пациентка ушла домой. Потом, конечно, проводились контрольные исследования, которые подтвердили, что операция выполнена радикально, и нет рецидива. После этого случая был дан «зеленый свет» внутрипросветным операциям (на тот момент мы были третьим в России центром, где их начали выполнять на потоке).

Ваше участи в конкурсной номинация «Карьера» говорит о том, что Вы амбициозный человек?

- В моем понимании карьера – это не должность, а в первую очередь профессионализм. И признание со стороны коллег. Наше отделение дважды участвовало в российских первенствах по эндоскопии, и оба раза мы занимали призовые места. В октябре наш доклад вошел в число лучших на международном форуме, на котором нам тут же выделили грант и предложили сделать еще второй доклад. А еще меня очень увлекает обучение. Китайская пословица гласит «Хочешь научиться – начни учить». Сейчас есть возможность проведения различных онлайн курсов, трансляции из операционной.  И большим успехом своей профессиональной карьеры я считаю открытие на базе нашего отделения учебного центра для врачей со всей России.

«Муж давно смирился, что я замужем не за ним, а за работой»

Наталья Каштанова

Врач общей практики из села Зелёновка Ставропольского района Самарской области Наталья Каштанова 12 лет назад приехала работать в сельскую местность, чтобы решить квартирный вопрос, но затем поняла, что это – ее судьба. В ее распоряжении небольшое здание в 96 квадратных метров с лабораторией, процедурным, прививочным и смотровым кабинетами, аппарат ЭКГ, машина «неотложки» и рабочий компьютер. В подчинении – две медсестры. В сфере ответственности – жизнь и здоровье полутора тысяч сельчан.

Не страшно было брать на себя такую ответственность?

- Очень страшно, особенно я боялась детей. У меня был опыт работы в стационаре, поэтому неотложных состояний я насмотрелась. Пройдя специализацию на врача общей практики, я работала в городской поликлинике Тольятти и знала работу участкового. А вот с педиатрией не сталкивалась. К счастью, у меня оказалась очень хорошая медсестра с опытом работы в детской инфекционной больнице, которая помогла мне найти общий язык и с детьми.

Но, конечно, работа врачом общей практики в селе это совсем не то, что в городе, где всегда под рукой есть узкие специалисты. Здесь я одна. Приходится и серные пробки удалять, и раны зашивать, и инородные тела вытаскивать из глаза или уха. И реагировать на острый инсульт. В городе с таким сразу Скорую помощь вызывают, а в деревне звонят своему врачу, и мы уже на месте разбираемся. Каждый день – прием, вызовы на дом, а потом еще дежурства по неотложной помощи, которые мы делим на троих с медсестрами. Слава богу, муж у меня лояльно относится к тому, что я замужем за своей работой, а не за ним, понимает.

Что самое трудное в работе земского доктора?

- Сейчас много говорится о телемедицине, электронных анализах, но до нас это еще не дошло. Все приходится самой решать. Иногда даже просто проконсультироваться у хирурга по поводу острого живота не дозвонишься, сети нет. Но зато появилось очень много дополнительной работы с компьютером – забить туда талоны после приема, напечатать рецепты, выдать электронное направление, электронные 88-е формы на инвалидность не один час работы занимает.

Или еще привозишь больного с инсультом в специализированный стационар (в ЦРБ не всякие койки есть), а там сделают МРТ и отказывают в госпитализации. Но мы то судим по клинике, а на МРТ позже все проявиться может. И мы знаем каждого своего пациента. Конечно, не бросаем человека, везем в неврологию в ЦРБ, там не отказывают.

 А что самое приятное?

 - Я люблю своих пациентов и чувствую взаимное отношение. Когда на меня однажды необоснованно пожаловались, в мою защиту встало все село. А еще это очень интересная работа. Я всегда хотела быть именно врачом широкого профиля, много знать и уметь делать. И сейчас чувствую себя реализованной, получаю удовлетворение от работы с пациентом (естественно не от бумажной работы), и от того, что действительно нужна людям и могу оказать им реальную помощь.  

«Я хотела показать, что врач «от Бога», прежде всего – человек»

Татьяна Чуй

Корреспондент ГТРК «Новосибирск» Татьяна Чуй – автор телеочерка о хирурге-онкологе первой городской новосибирской больницы № 1 Александре Вицыне. Очерк, который называется «Александр Вицын: Я не вру» принес ей победу в спецноминация для журналистов «Профессия – врач».

Кто он, герой вашего очерка?

- Потрясающий, очень сильный человек, с бешеной харизмой, бесконечно влюбленный в свою профессию. Александр Вицын – торакальный хирург, он борется со злокачественными опухолями грудной клетки, берется за самые тяжелые случаи. Мы познакомилась, когда я готовила какой-то небольшой сюжет про онкологические заболевания, статистику, смертность. Но он вдруг начал так глубоко и философски рассказывать о своей работе, что я поняла, что про этого человека надо делать документальное кино. К счастью, у нас получилось.

Александр Вицин – хирург «от Бога»?

- Да, но прежде всего, он человек – со своими страстями, страхами, даже неуверенностью в себе. Он рассказал о том, что был период, когда приходили мысли о том, правильно ли вообще он делает, что лечит людей. Если уже Всевышний определил человеку его место, должен ли врач вмешиваться, стараясь спасти пациента в, казалось бы, безвыходной ситуации. В нашем очерке врач ведет очень личный, откровенный разговор со зрителем, рассказывает о том, что перед операцией волнуется так же, как и пациенты. О том, как ему тяжело во время операции, но не из-за того, что он напряженно работает по многу часов, на ногах, а из-за тяжести ответственности – ведь в его руках жизнь пациента.

Поделиться

Комментарии

Воздействие частиц пластика может вызвать астму, аутоиммунные заболевания, а также болезни сердца
Недостаток йода ограничивает способность щитовидной железы вырабатывать гормоны, вызывая гипотиреоз
Уровень счастья обеспечивается конкретной суммой, причем для разных стран ее величина отличается
Антибактериальный компонент некоторых видов зубных паст накапливается в полимерной щетине
В ходе серии экспериментов исследователи изучили факторы, которые приводят к неверности
Насекомые все чаще начинают рассматриваться как источник питательной и здоровой пищи