Выживший. Открытие природы пищеварения

6 июня 1822 года молодой канадец Алекси Бидаган по прозвищу Сен-Мартен получил в живот заряд дроби, и у него образовалась желудочная фистула. Благодаря этому ранению была доказана химическая природа пищеварения и начались операции на желудке живых пациентов.

У Сен-Мартена много общего с главным героем фильма «Выживший», за исполнение роли которого Леонардо ди Каприо получил долгожданный «Оскар». Действие фильма происходит в 1820-е годы. Наш герой тогда работал в тех же местах и в той же организации, что и герой ди Каприо: как сотрудник Американской Пушной компании доставлял заготовленные меха в приграничный форт. Правда, Сен-Мартен был не следопытом, а простым гребцом и грузчиком. Больше всего на свете он любил выпивать и бить баклуши. Но он тоже получил ранение, несовместимое с жизнью, и сумел выкарабкаться. Произошло это потому, что беда стряслась не в глухом лесу, а посреди форта Макинак — в пяти минутах ходьбы от военного госпиталя, где служил хирург Бомонт.

Форт Макинак на озере Мичиган. Место ранения Сен-Мартена 6 июня 1822 года.
Фотохромная открытка, 1899 год.
https://www.loc.gov/item/det1994000212/PP/

До несчастья 28-летний Сен-Мартен был здоров как бык. Утром 6 июня 1822 года он явился на рабочее место, то есть на склад пушнины. Туда наведался его приятель, который шёл охотиться на уток и нёс заряженное ружьё. Свидетели говорили, что выстрел был случайным, и почти в упор — с расстояния не далее вытянутой руки. Рана ужасающая: кожу и мышцы сорвало на площади больше ладони, пятое ребро раздроблено, вместо шестого из обломков выпирало обожжённое лёгкое и желудок. Сквозь дыру в желудке вытекал ещё не переваренный завтрак. Собралась толпа, побежали за доктором, Бомонт оказался на месте. Через 25 минут после выстрела он уже забрал пострадавшего в свой госпиталь, заявив, что этот парень не протянет и 36 часов.

Случай представлялся безнадёжным, потому что содержимое полного желудка должно было попасть в брюшную полость и вызвать неизлечимый тогда перитонит. Однако, по словам Бомонта, пробитая часть желудка «прикипела» к плевре и ране так, что содержимое выходило только наружу. Рана закрылась не совсем. На протяжении 17 суток всё, чем кормили пострадавшего, выливалось через отверстие. Но по мере извлечения дробинок воспаление пошло на убыль и кишечник заработал. Выполнять свой контракт Сен-Мартен больше не мог, и власти объявили его бездомным бродягой. Молодому человеку предписали покинуть США, погрузиться в лодку и преодолев по Великим озёрам и реке Святого Лаврентия несколько сот километров, возвратиться в родную деревню неподалёку от Монреаля. Доктор Бомонт понимал, что такое путешествие убьёт неокрепшего пациента. Чтобы раненый мог остаться в госпитале, хирург заключил с ним фиктивный договор, и тот числился личным слугой Бомонта.

Постепенно эта договорённость стала настоящей. К Сен-Мартену вернулась прежняя сила. Он колол для своего хозяина дрова, носил воду, и следовал за ним из гарнизона в гарнизон. Исторические эксперименты начались в мае 1825 года. Бомонт отобрал через фистулу образцы желудочного сока и обнаружил, что пища в этом соке растворяется. Так было установлено, что пищеварение — процесс не механический, а химический, и в желудке еда не перетирается, а обрабатывается едкой кислотой. Бомонт напрямую вводил в желудок Сен-Мартена образцы разных продуктов, измеряя скорость их переваривания. И хотя в своих научных трудах он писал, что эксперименты не причиняют слуге ни боли, ни дискомфорта, тот спустя несколько месяцев бежал в родную Канаду.

Вверху: здание военного госпиталя в форте Макинак, где Бомонт лечил раненого Сен-Мартена летом 1822 года. Фото сделано летом 1936 года.

Внизу слева: американский военный хирург Уильям Бомонт (1785-1853) в период, когда он проводил эксперименты над желудком Сен-Мартена.

Внизу справа: Алекси Бидаган (1794-1880) по прозвищу Сен-Мартен. Уроженец деревни Бертье в 40 милях от Монреаля, вошедший в историю медицины и физиологии благодаря уникальному ранению, в результате которого он заполучил на всю жизнь желудочную фистулу.

Там он женился на девушке без приданого. После рождения двоих детей жил в нужде и снова завербовался в Американскую пушную компанию. Прибыв с семейством на место работы, Сен-Мартен обнаружил, что на самом деле его нанял доктор Бомонт. Врач договорился с компанией, рассчитывая, что Сен-Мартен не развернёт оглобли, когда после долгого пути поймёт, что к чему.

Расчёт оправдался. Сен-Мартен с женой прожили при госпитале два года, и произвели на свет ещё двоих детей. Эксперименты становились всё сложней и продолжительней, причём выпивать Сен-Мартену не дозволялось. Супруга его была ещё дальше от науки, чем сам подопытный слуга, и не понимала, для чего они пропадают в американском гарнизоне, где никто не говорит по-французски, как в родном Квебеке. Наконец, в марте 1831 года, едва потеплело, семейство тайком от доктора погрузилось в каяк и отплыло домой, куда добралось только в июне.

На земле Сен-Мартен хозяйничал куда хуже, чем правил каяком. Содержать пятерых (уже!) детей оказался не в состоянии, и опять вернулся к Бомонту. Известие об экспериментах облетело весь медицинский мир. Первый вывод, который сделали из этой истории врачи — что операция на желудке не означает верную смерть, и в опасных для жизни случаях оправданна. Клод-Антуан Буше — городской врач Лиона (знаменитый тем, что отказался стать лейб-медиком Наполеона, не желая бросать родной город) решился разрезать желудок женщине, проглотившей серебряную вилку. Операция прошла благополучно и вдохновила многих коллег.

Американские военные медики настолько заинтересовались случаем Сен-Мартена, что он был принят на службу как сержант армии США. От него требовалось всего лишь быть «подопытным кроликом» у хирурга Бомонта. Вышла книга с описанием 240 экспериментов. Это издание есть в каждой старой медицинской библиотеке мира. За прекрасную службу сержант Сен-Мартен получил отпуск домой... и не вернулся. На родине жена внушила ему, что без него семейство обречено на голодную смерть. Что станет, если доктор его как-нибудь загубит, или его уведёт другая женщина? Ведь он теперь знаменит на весь мир — портреты в книгах печатают.

Слева — локализация желудочной фистулы на теле Сен-Мартена — под левым соском.

Справа — вид наружного отверстия желудочной фистулы. Иллюстрация из вышедшей в 1834 году книги Уильяма Бомонта «Experiments and observations on the gastric juice, and the physiology of digestion», стр. 27 https://archive.org/details/2543009R.nlm.nih.gov

Напрасно Бомонт зазывал Сен-Мартена назад. Беглый сержант в ответ писал (точнее по неграмотности диктовал приходскому священнику), что скучает по доктору, но жена против. Не поддался он и на щедрые предложения других врачей.

На него долго охотилось общество медиков-вегетарианцев. По наблюдениям Бомонта, мясо растворяется в желудочном соке гораздо быстрее, чем овощи. Вегетарианцы сочли это клеветой на свою диету и пытались раздобыть Сен-Мартена, чтобы переделать эксперимент. Но хитрый канадец спрятался от фанатиков на своей ферме так, что его не нашли.

Проблему воспроизводимости таких опытов решил московский хирург Василий Басов, который в 1842 году создал искусственные фистулы у собак. Теперь любые вопросы пищеварения можно было исследовать сколько угодно. Мало того, по методике Басова подобную операцию (гастростомию) стали проводить на людях, чтобы кормить пациентов, чей пищевод перекрыт опухолью. Первую такую операцию в России выполнил ученик Басова Николай Склифосовский в 1879 году. Басов пережил настоящий триумф. Когда на следующий год он скончался, его хоронила вся Москва. Не пришёл только генерал-губернатор князь Владимир Долгоруков. При виде плачущей толпы бывших пациентов умершего князь осведомился, кто такой Басов. Ответили, что это всемирно известный врач. Долгоруков спросил, бывал ли тот вместе с другими профессорами университета на приёмах у генерал-губернатора. По журналам оказалось, что нет, поскольку Басов каждый раз отговаривался занятостью. Тогда князь развёл руками: «Ну, если он у меня не был, как же я пойду его провожать?»

Подопытный Сен-Мартен пережил Басова на полгода, а Бомонта — на 27 лет. Семья феноменального канадца ходила в лохмотьях, двое ослабленных недоеданием детей умерли от инфекций, и на старости лет Сен-Мартену пришлось поступить в бродячий цирк, демонстрируя публике свою фистулу. Когда цирковой предприниматель безбожно обсчитывал неграмотного калеку, тот осознал, что у доктора ему жилось намного лучше. С горя он ушёл в запой и просадил те крохи, что ему заплатили.

Вверху слева: Клод-Антуан Буше (1782-1839), главный врач лионской больницы Отель-Дьё, который под впечатлением опытов Бомонта первым решился разрезать желудок, чтобы извлечь инородное тело — проглоченную серебряную вилку.

Вверху справа: Василий Александрович Басов (1812-1880), хирург, профессор Московского университета. Служил прозектором по кафедре ветеринарных наук, когда для воспроизведения и продолжения экспериментов Бомонта первым создал искусственный путь в желудок собаки, о чем доложил 14 ноября 1842 года на заседании Московского общества испытателей природы с демонстрацией подопытных животных. Басовская техника лежит в основе современных операций гастростомии.

Внизу: иллюстрация к статьи Басова об искусственном пути в желудок (вторая книжка «Записок по части врачебных наук» Императорской медико-хирургической академии за 1843 год). Слева вид наружного отверстия фистулы на теле собаки при снятом бандаже, справа желудок, фундальная часть которого фиксирована к брюшной стенке швами, а слизистая подшита к коже.

Сменив цирк на более надёжный заработок — колку дров, Сен-Мартен работал до 80 лет. Незадолго до смерти он прислал сыну доктора Бомонта, тоже врачу, письмо, где тепло отзывался об отце адресата и просил денег: «Моя фистула нарывает. Если Вы назначите мне небольшое содержание, это не отяготит Вас надолго, потому что я очень стар и болен».

После его смерти вдова отказалась — даже за большие деньги — продать знаменитый желудок Сен-Мартена врачам, желавшим поместить этот препарат в музей. В летнюю жару семья нарочно тянула с погребением 4 дня, чтобы тело начало разлагаться. Во время отпевания гроб из-за сильного запаха пришлось оставить у входа в церковь. Родные покойного вырыли могилу необыкновенной глубины и не поставили над захоронением никакого знака, чтобы до тела не добрались оплаченные докторами гробокопатели.

Михаил Шифрин

Медпортал рекомендует