Российское не значит плохое?

Могут ли стоматологи, офтальмологи и неонатологи добровольно пользоваться российским оборудованием
Российское не значит плохое?
7 минут

Министерство промышленности и торговли РФ предлагает запретить госзакупки целого ряда медицинских изделий, если они не произведены на территории России, Белоруссии или Казахстана. Проект соответствующего постановления вызвал, скорее, недовольство экспертов и врачей: если инициативу Минпромторга примут, то возможен дефицит медизделий в клиниках, да и в поликлиниках, и повсеместное снижение качества медпомощи.

Пояснительная записка проекта говорит о том, что цель авторов — защитить безопасность страны и увеличить долю российских медизделий с 19,4 млрд рублей в 2014 году до 78,8 млрд рублей к 2020 году. К проекту приложен и перечень медизделий, которые нельзя покупать для государственных нужд у импортеров.

Что будет вместо

В перечне медизделий, которые предлагают закупать по новым правилам (то есть принимать решения при закупках в пользу отечественных производителей, если их не менее двух) — более 60 изделий. Это и компьютерные томографы с количеством срезов от 1 до 128, и дефибрилляторы, и передвижные хирургические рентгенаппараты, и большое количество стоматологического, а также офтальмологического оборудования. Как происходил отбор в уже существующий перечень, проект не уточняет. По данным Ассоциации международных производителей медицинских изделий IMEDA, на 2012 год рынок медизделий в России оценивается в 250 млрд рублей. Более 80 % продукции — это импорт.

Некоторые изделия, вошедшие в перечень, производят всего 1-2 российские компании, что неминуемо, по мнению импортеров, поднимет цену на них при ограничении ввоза зарубежной продукции. Арман Воскерчян, глава сектора Philips «Здравоохранение» в России и СНГ, говорит, что его компания «заинтересована в развитии бизнеса на территории России в условиях добросовестной конкуренции и готова развивать проекты по локализации производства». Однако принятие кардинальных мер по запрету закупок медизделий, производимых за пределами Таможенного союза, по мнению Воскерчяна, несет значительный риск для уровня конкуренции на рынке: у местных производителей не будет стимула. К тому же, при резких ограничениях вполне возможно, что «принимать участие в конкурсах на закупку медизделий для государственных и муниципальных нужд смогут лишь немногочисленные производители». И тогда госзаказчики будут вынуждены исходить не из реальных потребностей клиник и медцентров, а ориентируясь на имеющихся допущенных производителей, что и приведет к осложнению доступа пациентов к передовым технологиям. «Согласно предлагаемому перечню оборудования, это напрямую коснется в том числе диагностики и лечения социально значимых заболеваний в области кардиологии и онкологии, на долю которых приходится более 70 % всей смертности в стране», — говорит Воскерчян.

Мы опросили врачей разных специальностей, собрали их высказывания на профессиональных форумах и выяснили, насколько действительно различается по качеству и удобству импортное и отечественное оборудование.

Мария Вишнякова, главный специалист по лучевой диагностике Министерства здравоохранения Московской области: «Предложенное решение, на мой взгляд, просто абсурдное. Если в отношении палатной рентгеновской техники, той, что попроще, можно говорить об отечественных производителях, то в отношении тяжелых аппаратов (например магнитно-резонансных томографов — прим. ред.) — это только импорт. Эта техника современная, она ушла далеко вперед. Качество компьютерных томографов тоже сравнить невозможно. Мы работаем на аппаратах компаний Philips и General Electric. И все ЛПУ (лечебно-профилактические учреждения — прим. ред.), которые я знаю, медцентры с серьезной клинической базой работают на импортной технике. Вот флюорографы — да, флюорограф у нас отечественный, научно-производственного предприятия «Гелпик». Просто такую технику на Западе не делают, там нет такой потребности. Также мы работаем на переносных рентгеновских аппаратах этого производителя».

Вера, специалист по лабораторной диагностике: «Я работаю в лаборатории ПЦР (полимеразной цепной реакции. — прим. ред.). Такие лаборатории используют много одноразового пластика: пробирки, наконечники для дозаторов, пипетки Пастера. Как правило, это все импортный пластик — Китай, США (произведенный в Мексике). И почему-то наши производители не торопятся, несмотря на то, что потребности в этих изделиях постоянно растут и это просто деньги, которые лежат под ногами. С другой стороны, вспоминаю то время, когда мой сын в 5 лет болел пневмонией, и он, что называется, «попой чувствовал», где импортный шприц, а где отечественный».

Константин, стоматолог (doktorks.lj.ru): «Если вы еще не успели заболеть и полечиться в госучреждениях за счет бюджета (здесь и далее не забываем, что денежки в системе ОМС — наши денежки) на закупленном в 2006-2013 гг. импортном <…> оборудовании, то настоятельно рекомендую это сделать. В скором времени, когда оборудование придет в негодность, вы будете лечиться на советском г..не, выпуск которого удалось кое-как сохранить. Вы можете забыть о высокоскоростных турбинных наконечниках и удобных креслах, о хорошей эндодонтии и светополимерных пломбах, о крутых борах и нежной ультразвуковой чистке. Само собой — даже не мечтайте об импортных имплантах. <…> Забудьте о высокотехнологичных методиках диагностики (ортопантомографы, визиографы, компьютерные томографы). Забудьте о высокотехнологичных методах лечения. И уж теперь вы точно не дождетесь аппаратов XXI века. Взять, к примеру, ротовой 3D сканер, что работает у нас в клинике. Такого в госполиклинике не будет никогда».

Владимир Ширяев, специалист по функциональной диагностике: «Не могу сказать ничего плохого про оборудование, которое выпускает компания «Эндомедиум» из Казани. Это приборы и инструментарий для эндоскопии, кардиохирургические инструменты очень достойного качества. Конечно, немецкое медоборудование компании Storz — лидер, но оно на порядок дороже.

Что касается МРТ, выпуск томографов пытались наладить в Новосибирске, но сделано это было топорно. Российское УЗИ-оборудование в целом хуже импортного — ну не получается оно в России. А импортное уже можно купить за 2 млн рублей. Это целый контейнер, начиненый аппаратурой, все уже смонтировано, подключил в сеть, и все работает, так что разработка с нуля никогда уже не окупится, здесь трудно конкурировать. Но вот в Тучкове, к примеру, стоят уже не первый год два отечественных МРТ фирмы «АЗ», и в них в отличие от импортных можно обслуживать пациентов с любым весом.

У китайского оборудования быстро растет качество и снижаются цены. Компания «Миндрей» поставляет хорошее оборудование. Цветные допплеры за 960 тыс. руб. — это уже может позволить себе любой медцентр, как цена иномарки».

Елена, офтальмолог: «В нашем центре (МНТК «Микрохирургия глаза» им. С. Н. Федорова — прим. ред.) оборудование только импортное, и говорить о возможности замещения на равное отечественное было бы просто смешно. Нормальных отечественных аналогов рабочих мест для офтальмологов нет — таких, чтобы были и панель управления со встроеными зарядными устройствами для ручных приборов (офтальмоскопа, ретиноскопа и т. д.), и офтальмологические хирургические системы с возможностью подключения кассет с датчиками вакуума для проведения операций под микропроцессорным контролем. В России отечественное офтальмологическое оборудование клиники покупают просто для первоначальной раскрутки. В России есть отечественный офтальмологический лазер «Изумруд» для фотокоагуляции при лечении ретинопатии или при тромбозах центральной вены сетчатки, при других патологиях глазного дна. По цене он лучше импортных приборов, но по качеству все равно не сравнится. Думаю, наши аналоги в офтальмологии неконкурентноспособны. Правда, приличные линзы для замены хрусталика уже есть, они дешевые, но по характеристикам тоже несравнимы с импортными».

Елена Кешишян, руководитель Центра коррекции развития детей раннего возраста МНИИ педиатрии и детской хирургии: «Я думаю, вся эта активность с ограничением закупок импортного оборудования началась, чтобы уменьшить зависимость от импорта. Тем более что сейчас непростая обстановка. Частично у нас в центре есть отечественное оборудование для неонатологии, и мы им пользуемся. Есть отечественные энцелографы, но для детей более старшего возраста, есть отечественные аппараты определения уровня билирубина крови. Но для новорожденных, которым нужно более «тонкое» оборудование, более высокотехнологичное, без импортного обойтись невозможно. Пока у отечественных производителей аналоги магнитно-резонансных, компьютерных томографов, особых кювезов, которые позволяют держать для новорожденного температуру, уровень кислорода и другие показатели, несравнимы. Уральский завод изготавливает кювезы, но они пока не полностью справляются и до западных вариантов не дотягивают и часто ломаются. Хотя есть отделения, роддома, которые с ними работают. Один завод на всю страну не справится с потребностью, и не нужен в России монополист. Так что для неонатологии ограничения на закупку импортного оборудования будут особенно чувствительны.

Сейчас мы перешли на выхаживание новорожденных по международным стандартам, то есть от 500 г, для этого нужны особые кювезы. По программам модернизации неонатологи получили это высокотехнологичное оборудование. Мы за это 20 лет боролись, но, конечно, теперь необходимы расходники, и мы об этом говорили сразу: пройдет 2 года и без расходников оборудование новых оснащенных перинатальных центров встанет. Это зонды, трубки для интубации, аппаратура для вентилирования легких, для мониторирования состояния ребенка. Пока что обеспечить качественными расходниками в достаточном количестве отечественные заводы и компании неонатологию не могут. Нам очень тревожно от возможных барьеров, хотя, конечно, я понимаю, что надо развивать отечественные компании, уходить от зависимости. Если мы попадаем в изоляцию, нам нужны аналоги этой медпродукции, да и обслуживать отечественное оборудование легче. Но также ясно, что быстро это сделать нереально. Нужно логично заниматься проблемой импортозамещения. Но для этого нужно перенимать технологии, нужны вложения и время. Вот в Центре им. Кулакова (Научном центре акушерства, гинекологии и перинатологии им. В. И. Кулакова — прим. ред.) нет ни одной отечественной трубочки. Может быть, потому у них и такие хорошие результаты лечения, но нельзя не говорить, что они полностью зависят от импортной техники и оборудования. Я надеюсь, что те, кто занимается вопросом, имеют в виду постепенный переход, а не барьеры в закупках, это было бы для неонатологии убийственно».

Без паники

«Проект носит строго запретительный барьерный характер, нет ни переходных периодов, ни выбора наиважнейших технологий, которые нужны стране», — говорит исполнительный директор Ассоциации международных производителей медицинских изделий IMEDA Александра Третьякова. По ее словам, рассчитывать на то, что иностранные инвесторы смогут быстро создать промышленные площадки в России, не приходится. Зато по некоторым позициям вполне можем получить монополистов, «которые смогут диктовать и свои условия, и свой технологический уровень медикам. Ну и с инвестициями в здравоохранение России будет все грустно», — говорит Третьякова.

Однако Минздрав еще не дал оценку проекту постановления. А заместитель мэра Москвы по вопросам социального развития Леонид Печатников в интервью МедНовостям так прокомментировал ситуацию: «Да не будет этого. Это большая глупость, которую я даже не хочу обсуждать. В московских ЛПУ ведь тогда все встанет, так что не о чем и говорить».

Комментарии Cackle
Что значит «близкий контакт» с инфицированным COVID-19 Эпидемия Что значит «близкий контакт» с инфицированным COVID-19
В CDC считают, что контакты менее 15 минут нужно тоже учитывать
Какие факторы риска болезней сердца можно увидеть невооруженным глазом Здоровье Какие факторы риска болезней сердца можно увидеть невооруженным глазом
Иногда спрогнозировать будущее сердца можно без сложных формул

Подпишитесь на наши новости, чтобы получать их первыми