24 июля 2015, 15:09

«У нас и в мирное время очень много экстремальных ситуаций»

Чем военная медицина в мирное время отличается от гражданской, возможно ли прекратить ежегодные вспышки пневмонии в солдатских казармах, и насколько сегодняшние новобранцы физически готовы к несению службы рассказал «МедНовостям» генерал-майор медслужбы в отставке, профессор ГИУВ Минобороны, консультант-хирург Главного военного клинического госпиталя им. Бурденко Павел Брюсов.
«У нас и в мирное время очень много экстремальных ситуаций»
Фото из личного архива П. Брюсова /
Ирина Резник
8 минут

Чем военная медицина в мирное время отличается от гражданской, возможно ли прекратить ежегодные вспышки пневмонии в солдатских казармах, и насколько сегодняшние новобранцы физически готовы к несению службы рассказал «МедНовостям» генерал-майор медслужбы в отставке, профессор кафедры военно-полевой хирургии Государственного института усовершенствования врачей (ГИУВ) Минобороны, консультант-хирург Главного военного клинического госпиталя имени Н.Н. Бурденко Павел Брюсов. В  течение десяти лет, до 1998 года, находился в должности главного хирурга Министерства обороны РФ.

«Вспышки пневмонии становятся просто «бичом» для армии»

– Павел Георгиевич, как вы оцениваете состояние здоровья нынешних призывников? Насколько они физически готовы к несению службы?

– Если сравнивать с 1990-ми, то призывники сегодня совершенно другие. Крепче. Период после распада Советского Союза оказался очень тяжелым для растущего молодого поколения. И новобранцы поступали в войска в ослабленном состоянии. 25-30% из них призывались даже с  очень большим дефицитом веса. И перед началом службы их надо было еще фактически откормить.  Сегодня этот контингент выглядит уже совершенно по-другому.

Но самое главное, сегодня взят курс на максимальное привлечение в войска контрактников. Это, можно сказать, элита. Люди, которые идут служить в армию с желанием, здоровы и постоянно совершенствуют свою физическую подготовку. Они и сами занимаются своим здоровьем, и ими очень плотно занимается военная медицина.

– Тем не менее, каждый год поступают сообщения о вспышках в войсках эпидемий пневмонии, летальных случаях.

– Действительно, вспышки различных вирусных заболеваний и пневмонии в эпидемически неблагоприятный  период года становятся просто «бичом» для армии. И здесь в первую очередь сказывается то, что организм новобранцев еще не готов к тем перегрузкам и к экстремальным ситуациям, в которые они попадают с первого дня службы. А усугубляет ситуацию большая скученность в казармах – идеальное условие для передачи инфекции от одного к другому. Все это приводит к вспышкам вирусных инфекций.  

Сейчас министр обороны Сергей Шойгу поставил вопрос о переустройстве казарм – чтобы в них не было многоярусных коек. Это очень правильно. Но все равно в сезоны инфекционных заболеваний их вспышки в армейских коллективах неизбежны. Главное, чтобы к ним были готовы и врачи, и командиры. Командиры должны знать, как солдата одеть, чтобы он был в тепле, не простужался. А врачи – следить за состоянием солдат, чтобы вовремя поставить диагноз и забить тревогу, не допустив разгореться  эпидемии.

{#vrez.59033}

Спасти жизнь и быстро вернуть в строй

– Военная медицина в мирное время чем-то отличается от гражданской?

– В мирное время мало чем отличается. Военные врачи так же лечат больных, хирурги так же оперируют, как и в гражданских больницах. Военнослужащие болеют теми же болезнями, что и гражданские. К сожалению, у молодежи встречается и онкология. И зачастую она не диагностируется призывными комиссиями, потому что протекает бессимптомно.Но тут ничего не поделаешь. И наша задача – быстро поставить диагноз и сразу же начать адекватное лечение.

Военная медицина в России находится на том же уровне, что и гражданская. Ниже нельзя ни в коем случае, выше – нужно стремиться.И, конечно, военная медицина должна быть потенциально готовой к экстремальным ситуациям, когда идет большой поток раненых. Потому, что у нас и в мирное время очень много различных экстремальных ситуаций, когда вдруг где-то что-то взрывается. Бывают и мино-взрывные травмы, и огнестрельные ранения. Таких раненных надо своевременно доставить в госпиталь, быстро диагностировать, быстро лечить. Применить все достижения современной медицины, чтобы не только спасти жизнь, но и максимально реабилитировать раненых, чтобы они быстро вернулись в строй.

Еще 10 лет назад военная медицина России считалась одной из самых передовых, наряду с военной медициной Соединенных Штатов и Китая. Это было признано на Всемирном конгрессе военной медицины в Вашингтоне в 2004 году. Там выступал начальник военно-медицинского управления Минобороны генерал-полковник Иван Чиж, который рассказывал о возможностях военной медицины России, о том, что на нашем обеспечении находятся 7 млн. человек. То есть, не только 1 млн военнослужащих вооруженных сил, но и отставники, члены семей, сотрудники наших лечебных учреждений. 2004 год был годом «взлета» нашей военной медицины, но в 2008 начался спад.

{#vrez.59034}

«От нас требуется быть не хуже натовских медподразделений»

– Это связано с реформой Министерства обороны?

– Да. За четыре года реформ военная медицина была разрушена почти до основания. Прошло огромное сокращение врачей и медучреждений. Мы потеряли очень много за этот период: хирургические школы, должности главных хирургов и главных специалистов, многие другие должности и возможность роста для молодых специалистов. Сейчас, к счастью, сокращение прекращено и даже, наоборот, по указанию министра обороны призвано большое количество уволенных ранее военных врачей.

Закончился и тот период, когда Военно-медицинская академия практически не принимала слушателей. Сейчас идет активный прием и подготовка кадров, молодые врачи-лейтенанты направляются в войска, чтобы медобеспечение в батальонах, ротах, полках было на должном уровне. Сегодня мы опять востребованы. Идет переоснащение наших лечебных учреждений, новое строительство, и наконец-то к нам предъявляются такие требования, чтобы мы были ничуть не хуже натовских военных медицинских  подразделений.

– Будут ли восстанавливаться закрытые военные госпитали?

– К сожалению, нет. Сокращенные госпитали и отделения восстанавливаться не будут. Это, видимо, уже сделано раз и навсегда. Но это – общая тенденция. В Москве во всех больницах идет сокращение коек, больных госпитализируют в крупные стационары, туда, где есть хорошее оснащение, и где их можно вылечить за короткое время, максимально сокращая койко-дни.

Поэтому такого, как раньше, когда при каждом военном городке был свой небольшой госпиталь, уже не будет.Но оставшиеся будут превращаться в многопрофильные стационары с хорошим оснащением, хорошими специалистами, и возможностью выполнять операции ничуть не хуже, чем в гражданских профильных больницах.

Медики предупредили об угрозе массовых вспышек кори в России Медики предупредили об угрозе массовых вспышек кори в России
Причина - приостановка плановой вакцинации из-за пандемии коронавируса
Тесты на антитела к COVID-19 могут быть ложноположительными в половине случаев Эпидемия Тесты на антитела к COVID-19 могут быть ложноположительными в половине случаев
Американские CDC указывают, что тесты на антитела не должны использоваться для принятия серьезных решений