Корки от новогодних мандаринов

Есть такая мудрая поговорка: «Слишком хорошо – тоже нехорошо». Казалось бы, что может быть прекраснее длинных праздничных каникул?! Можно каждый день ходить в гости, пить с друзьями горячий глинтвейн, устраивать культпоходы в театр, кино и на модные выставки. Ан нет! Уже где-то к 4 января почти все мои знакомые жаловались, что ужасно устали от праздников. Потому что гости надоели, пить спиртное уже сил нет, в третий раз идти в кино на «Дневной дозор» нет никакого желания. А впереди еще невыносимо долгая неделя выходных…

Но самое страшное – это даже не сами праздники, а их последствия. Люди, измученные весельем без конца и без края, не только не в состоянии нормально работать, но и на ногах подчас держатся с трудом. Думаете, это я про алкоголиков, ушедших в великий праздничный запой? А вот и нет! По моим наблюдениям, тяжелее всего переносят новогодние каникулы вовсе не пьющие мужчины, а хрупкие женщины.

В самый критический момент, когда я от безысходности начал кусать Таню за большой палец правой руки, она вдруг вздрогнула и пришла в себя.

Мне кажется, что мужчины по природе своей больше приспособлены к отдыху. Они умеют вовремя устроить перекур на работе, после тяжелого дня расслабиться, попив пива с друзьями, в выходные сходить на футбол или съездить на рыбалку. Женщины не то чтобы совсем лишены этих нехитрых радостей жизни, но как-то редко к ним прибегают. Большинство моих приятельниц считают лучшей формой отдыха шоппинг, дескать, это их очень расслабляет.

Проблема состоит в том, что в праздничные дни магазины не работают. А это значит, что женщины не могут заниматься здоровым шоппингом. Вместо этого они вынуждены отдыхать по-мужски: все время куда-то ходить, что-то пить и иногда для разнообразия что-то готовить. В результате к концу праздников у многих садятся батарейки. Иногда в самый неподходящий момент.

Вот, например, год назад, когда страна впервые столкнулась с десятидневными новогодними каникулами, случилось со мной неприятное приключение. В первый рабочий день я пришел в офис и изумился произошедшим переменам. Все мои коллеги тихо сидели за компьютерами, лица их были бледны, глаза красны, работа продвигалась еле-еле. К счастью, наш босс еще не вернулся из круиза по Средиземному морю, поэтому обошлось без скандала.

Вечером все перестали делать вид, что работают, и стали расходиться по домам. Мне же не хотелось толкаться в метро в час пик, поэтому я предложил красавице Тане из бухгалтерии пойти в ближайший бар и выпить по бокалу вина за начало рабочей недели. Надо сказать, что с Таней у меня исключительно платонические отношения, хотя многие предполагают обратное. Впрочем, я давно уже привык не обращать внимания на сплетни...

В баре было темно и пустынно, мы сели за столик в углу и стали вспоминать, кто как провел праздники. Слегка помятый официант принес нам по бокалу французского вина (на закусках решили сэкономить). По ходу беседы я несколько оживился и стал, размахивая руками, рассказывать, как в пять утра на мой балкон залетела ракета с фейерверком. К концу рассказа я заметил, что Таня подозрительно бледна, смотрит куда-то мимо меня и вообще норовит сползти под стол. Я встряхнул ее за локоть, она слабо улыбнулась и сказала, что нехорошо себя чувствует и хотела бы пойти домой. Ее бокал вина стоял на столе недопитый.

Вечер решительно переставал быть томным. Я быстро расплатился с официантом и повел Таню к выходу. Стало очевидно, что надо ловить машину. На мое счастье, почти сразу рядом с баром остановилась белая «Волга». Я сел с Таней на заднее сидение, и она, еле шевеля губами, попросила водителя довезти ее до метро «Теплый Стан». Машина тронулась, и я чуть-чуть перевел дух. С чего же Таньку могло так развести? Выпили же совсем немного.

Такси уверенно двигалось на юго-запад столицы, и я с облегчением понял, что скоро будет «Теплый Стан». Таня спала. Я осторожно пихнул локтем, потому что надо был объяснить водителю, где ее дом. Таня была неподвижна и пугающе бледна. Я не на шутку перепугался. Что делать? Что сказать водителю? Вдруг он решит, что она – наркоманка, которая отключилась от передоза?

«Куда дальше?» - спросил мрачно водитель. «Пока прямо», - уклончиво ответил я и стал трясти Таню еще сильнее. Безрезультатно. Я почувствовал, что по спине побежала струйка пота. Что делать? Я вспомнил фильм «Криминальное чтиво» и муки героя Траволты, который пытался оживить героиню Умы Турман. Зажмурившись, я дал Тане пощечину. Ноль реакции. В истерике я стал вспоминать, где у человека на теле болевые точки: щипал девушке ладонь, стучал кулаком по колену, царапал мочку уха. Водитель наблюдал за моими манипуляциями с возрастающим беспокойством, но молчал. В самый критический момент, когда я от безысходности начал кусать Таню за большой палец правой руки, она вдруг вздрогнула и пришла в себя. «Что ты делаешь?» – спросила она удивленно. Я предпочел не вдаваться в подробности и попросил ее объяснить таксисту, куда ехать.

Через десять минут мы уже стояли возле Таниной квартиры. Дверь открыла бабушка, Таня объяснила ей, что почувствовала себя плохо после работы. «Неудивительно», - мрачно заметила старушка, - «Нечего было ночи напролет по клубам ходить». Потом она предложила мне на правах спасителя выпить кофе, но я отказался.

Возвращаясь к себе, я вспомнил фразу Траволты из все того же «Криминального чтива»: «Теперь я могу пойти домой и спокойно умереть от разрыва сердца». Ан нет, не могу. Завтра на работу. Праздники-то кончились. 

Михаил Дунаев