Отказ от личной жизни

Все люди хотят, чтобы их любили. Некоторые влюбляются сами. Но есть очень странная категория людей, которые предпочитают подглядывать за чужой любовью. Их будоражат чужие встречи, чужие расставания, чужие страсти. И это не вуайеристы, и не извращенцы. Это одинокие женщины.  

Есть мнение, что мужчина и женщина – это как два полюса магнита, абсолютно разные, но тянущиеся друг к другу. Ну, вы понимаете, Инь и Янь, единство противоположностей, все дела… Еще некоторые любят вспоминать, что все мы – половинки какого-то там яблока, поэтому всю жизнь должны искать свою вторую половинку. Вся эта душеспасительная сельскохозяйственная риторика очень мило звучит, но на практике мало что дает. Как любил говорить один физик, жизнь сложнее паровоза. И уж тем более она сложнее, чем электромагнитное излучение или разделка фруктов.

Среднестатистические мужчина и женщина при встрече на улице не кидаются прижиматься друг к другу, как магниты. А поиски пресловутой «второй половинки» редко ведутся в общемировом масштабе с использованием в качестве участников кастинга жителей Африки или Юго-Восточной Азии. Лично мне кажется, что телега про «половинки яблока» придумана исключительно для утешения одиноких барышень. Мол, я вся такая красивая и прекрасная, но мир огромен, так что моя «вторая половинка» где-то затерялась. И вот, значит, буду я сидеть и ждать, когда же она найдется, а счастье придет и окунет меня с головой в пучину счастья и любви.

Собственно, я ничего против этого не имею. Кто-то верит в мировую победу над злом, кто-то – в скорый конец света, кто-то – в богиню Мокошь. На этом фоне вера в «половинки яблока» выглядит очень даже невинно. Печально лишь то, что в процессе ожидания этой самой второй половинки жизнь потихонечку просачивается сквозь пальцы. И вот уже ты у разбитого корыта, года прошли, а половинки все нет и нет. Должно быть, скитается где-то на бескрайних просторах матушки России. Или еще подальше где.

История, которую я хочу рассказать на этот раз, случилась с одной моей доброй знакомой. Это весьма печальная история, поэтому я специально поменяю имя и профессию героини, чтобы не подставлять хорошего человека. И так как финал у истории открытый, я надеюсь, что в будущем в ее жизни все переменится к лучшему. Да будет так.

Предположим, ее звали Алина, и она училась со мной еще с начальной школы. Она была очень обаятельной девчонкой, поэтому мы нашей мальчишеской компанией часто приглашали ее поиграть вместе. Она лихо лазила по деревьям, очень смешно визжала во время игры в салки. Но мы ее уважали, никогда не дергали за косы, более того, ни разу не пытались украсть и спрятать в мужском туалете ее портфель. А такое отношение, знаете ли, дорогого стоит.

Когда наш класс потихоньку стала накрывать волна полового созревания, Алька расцвела раньше всех. Мы еще бегали на переменах играть в футболянку и даже лазили по помойкам, а она уже томно строила глазки старшеклассникам, завела девичий альбом в розовой обложке и даже стала читать любовные романы. Хотя нам она казалась уже не такой классной, как раньше, мы продолжали с ней общаться. Смущало только, что она регулярно пыталась с нами обсуждать содержание этих самых «Страстных маркиз» и «Ослепленных любовью».

Но самое страшное началось после, когда на телеэкраны страны вышло первое женское ток-шоу «Я сама» с Юлией Меньшовой. Алина просто с ума сходила по этой передаче и смотрела ее даже в повторах. На мою беду у нас дома «Я саму» смотрела мама и старшая сестра, так что я волей-неволей был обычно в курсе происходящего. Когда Алька об этом узнала, она регулярно стала после школы обсуждать со мной последние события передачи. «Как ты считаешь, правильно ли сделала героиня, когда ушла от мужа, который ее бил?» – взволнованно спрашивала она меня. Я неопределенно кивал. «Но ведь получилось, что трое ее детей остались без отца. А ведь он ее тоже очень любил, да и ударил всего один раз по пьяни, а потом на коленях молил прощения», – выпаливала Аля и с торжеством смотрела, как я растеряно хлопаю глазами.

Когда у нас в классе начались первые романы, Алина активнее всех их обсуждала. Нельзя сказать, что она была сплетницей или завидовала кому-то. Напротив, она всем желала добра, поэтому регулярно высказывала мнение, как правильнее было бы поступить в той или иной ситуации. Она считала себя большим знатоком человеческой психологии, и надо сказать, что довольно часто ее советы были очень дельными. Вот только со своей личной жизнью она не торопилась. Хотя многие парни пытались за ней ухаживать, она уверенно их отшивала, объясняя это тем, что ищет единственного, достойного и на всю жизнь. И что повторять ошибки подруг, которые крутили романы с «абы кем», не хочет.

После школы наш класс разметало по разным институтам, Алина очень удачно поступила на юридический факультет, и общаться мы почти перестали. От одноклассников доходили слухи, что карьера ее идет в гору, что все у нее хорошо. Мне было приятно это слышать.

Год назад мы собирались всем классом, чтобы отпраздновать десятилетний юбилей выпуска. Разумеется, это была ярмарка тщеславия: мои бывшие одноклассницы изящно накрасились и надели лучшие наряды, самые расторопные привели мужей и принесли детей, а одноклассники, у которых с детьми было похуже, явились в хороших костюмах и хвастались карьерными достижениями.

Алина была одним из главных организаторов вечера, именно она всех обзванивала и собирала, договаривалась, кто что принесет. На вечере она была активней всех: подходила к каждому, с особым энтузиазмом расспрашивала о личной жизни, смеялась и шутила. Нескольким разведенным одноклассницам она даже давала какие-то советы, как не терять бодрость духа в трудную минуту. Про свою личную жизнь она говорила неохотно, намекала, что все будет хорошо, но пока она в свободном полете. Зато про успехи на работе рассказывала подробно и не к месту упомянула, что ей нравится передача Малахова «Пусть говорят».

Сначала стали расходиться по домам те, кто с мужьями и детьми. Потом за ними потянулись учителя и те, кому завтра рано на работу. Пока часть одноклассников еще поднимала последние тосты за школьное братство и обсуждала, не поехать ли поиграть в боулинг, Алина по-хозяйски взялась вымыть посуду. Когда я нес выкидывать пакет с пустыми бутылками и проходил по коридору мимо женского туалета, я услышал, как она моет чашки и тихонько шмыгает носом.

В боулинг с друзьями я не поехал, а взялся проводить Альку до дома. Она к тому моменту уже успела подправить тушь и снова излучала веселье и жизнелюбие. Когда мы вышли на улицу, она хитро улыбнулась, как в старые годы, и выпалила: «Ну, всё! Теперь рассказывай, наконец, поподробней, как у тебя с личной жизнью».

Михаил Дунаев