Махмуд, поджигай!

Если женщина – хранительница огня, то мужчина его зачинщик и укротитель. Доказательство тому фейерверк – хороший способ не только пошуметь-помелькать, но и показать свои амбиции. Пусть кто-то постреливает одинокими чахлыми залпами, сгорающими на полпути…  Настоящий герой выкатывает многоствольную установку, начиненную веерным салютом. И сразу все понимают: этот настроен по-боевому. Хотя и миролюбиво – как подобает в новогоднюю ночь.    

Ракета, уносимая энергией высвобождения по вертикали, достигает «эмпиреев», где и взрывается, озаряя полнеба... Трудно придумать более наглядную аллегорию сексуальной мощи монарха...

Порох изобрели китайцы, что довольно странно. Бесстрастный китайский ум, более склонный к медитации и кропотливой рутине, мог создать Великую китайскую стену, китайскую грамоту и бумагу, чтобы ее записать. Но взрывчатое вещество… Здесь требуется молниеносное озарение, кураж, вызов самому дьяволу!

Китайская кухня

В наступающем году Огненной Собаки преобладающие цвета фейерверков:  теплые оттенки оранжевого, красного, желтого и золотого.

Жил в VI веке повар Сунь Сымяо. Однажды его так достала китайская кухня, что он, потехи ради, смешал серу, селитру и уголь. Затолкал все это в бамбуковую палку и поднес к ней огонь. Палка, шипя и искрясь, вырвалась из рук кулинара и выпорхнула в окно. Так был изобретен фейерверк.

Новинка полюбилось в Поднебесной – без нее не обходилось ни одно Новолуние. Особенно хороши были «водяные крысы»: пущенные по воде, они описывали невообразимые траектории, оставляя за собой огненные следы. Как-то раз эти демонические существа подожгли дворец и чуть не спалили заживо мамашу самого императора. Старушка отделалась легким испугом – и только повелела пуще глаза хранить тайну «черного порошка».

К тому времени в Китае уже побывал Марко Поло, который увез к себе в Венецию не только кастрюлю с лапшой (ставшей прототипом итальянской пасты), но и мешочек с порохом. Алхимики принялись колдовать, пытаясь вызнать тайну «адской смеси» – но все было тщетно. Только через сто лет Бертольд Шварц, смиренный монах из Фейбурга, догадался измельчить в ступке селитру, серу и уголь. Опыт брата Бертольда произвел эффект разорвавшейся бомбы – взрыв не только опалил его седую бороду, но и разнесся эхом по городам и весям Европы. Отныне ни один праздник в Европе не обходился без фейерверка.

Пламенная страсть

Чтобы не испортить себе праздники в первую же ночь, следует помнить о правилах безопасности – поэтому потрудитесь внимательно прочесть инструкцию обращения с фейерверком. Площадка должна быть горизонтальной, место запуска лучше обложить по периметру камнями, кирпичами или хотя бы снеговым барьером. В качестве запала, если не предусмотрен фитиль, используют бенгальский огонь. Поджигать надо сидя (ни в коем случае не заглядывать в ствол!), поднося запал на вытянутой руке. Если фейерверк не сработал, нельзя к нему подходить в течение 10 минут – только после заряд считается «холостым». Держите детей на расстоянии не менее 10 м от фейерверка.

Особенно преуспели в огненном деле Италия, Германия и Франция. Законные наследники порочного Рима, они углядели в фейерверке эротический подтекст, что прекрасно сочеталось с галантной этикой эпохи абсолютизма. Ракета, уносимая энергией высвобождения по вертикали, достигает «эмпиреев», где и взрывается, озаряя полнеба... Трудно придумать более наглядную аллегорию сексуальной мощи монарха, ставивишего свои амурные победы превыше побед батальных и требовавшего от своих подданных: «Делай как Я!».

Сколько «саксонских колес» было сожжено на площадаях Варшавы при Августе Сильном, сколько огненных фонтанов разлилось над садами Версаля при герцоге Орлеанском, сколько римских свечей проткнуло черное небо Венеции при правителе Марино Фальери! О, карнавал! Лед и пламень, страсть и обман, бенгальский огонь и грохот петард, заглушающий стоны любви и треск разрываемых по швам шелковых простыней!..

И на Руси фейерверками отмечали не только изгнание чумы и викторию над шведами. Зачинщиком «огневидных забав» у нас считается, понятное дело, царь Петр Алексеич. Но своего апогея искусство огня достигло в царствование его дочурки, «веселой императрицы» Елизаветы Петровны, страсть к наслаждениям у которой была столь же безудержна, как и любовь к новым нарядам. Она даже Ломоносова подряжала к организации фейерверков, отрывая его от горячо любимой науки.

Внимание, стреляю!

Последний фейерверк в России был устроен в 1915 г. по случаю взятия русскми войсками Перемышля. Традиция возродилась только в 1943 году – в виде салюта в честь освобождения Красной Армией Орла и Белгорода от фашистов. Отныне и на долгие годы наш фейерверк окрашен в героико-патриотические тона. Салют в честь Всемирного фестиваля молодежи и студентов, салют в честь 50-летия Советской власти, салют к 100-летию со дня рождения Ленина, салют к 50-летию образования СССР… – эти действа готовились десятками «закрытых» НИИ, как и продобало в ракетно-ядерной державе.

К слову сказать, и за рубежом фейерверки часто носили политический окрас. Вспомнить хотя бы грандиозное пиротехническое шоу к 100-летию Статуи Свободы в 1986 году, когда в небо Нью-Йорка было выпущено 22 тысячи ракет с 30 барж. Или колоссальное фейерверк-представление в Лондоне, на Темзе, в честь 50-летия победы над милитаристской Японией. Действо проходило под музыку, как во времена Георга I, чьи пиротехничские экзерсисы, как известно, озвучивал сам Гендель…

Кстати, наибольшего размаха достигли именно японцы: в 1988 г. они устроили самый масштабный фейерверк за всю историю «огневых забав» – выпустив на озере Тоя, что на острове Хоккайдо, 700-килограммовую ракету. Взорвавшись, она образовала искрящийся шар диаметром полтора километра. По сравнению с этим, даже фейерверки миллениума кажутся бледными огнями Святого Эльма.

Light my fire

Впрочем, на Западе никогда не умирала традиция великосветских торжеств, сопровождаемых фейерверками – по случаю чьх-либо именин, помолвки или дня рождения. Заявить о себе всему городу (стране, миру) грохочущей кононадой, рассыпать по небу звезды, вознеся их превыше Эйфелевой башни, Эмпайер Стэйт Билдинга или Биг Бена, – для этого надо быть принцем крови, королем рок-н-ролла и хотя бы наркобароном. Лондонцы и сегодня помнят далеко не пионерский салют, прогремевший в 1981 г. в Гайд-парке в честь бракосочетания Чарльза и Дианы. А какие феерические «огнепоклонства» устраивал в честь себя, любимого, Фредди Меркьюри (недаром исповедовал зороастризм)! Очевидцы рассказывают, что «королевский» фейерверк был так ловко исполнен, что небесах озарялись надписью: «Happy birthday, Freddy!»

Приятно, что и в нашей жизни сегодня стало больше огня – и не только потому, что календарь обогатился красными датами. Если раньше «стрелять салют» было уделом спецподразделений, то сегодня приобретсти фейерверк может любой желающий, был бы повод. А самый лучший повод – Новый год.

 

 

 

 

Алексей Шлыков